На стенах старых магазина
пылились крошки бытия,
плетенье спиц рисует имя -
заветы мертвого царя.

Красны для бычьих глаз созвездья
на тряпке масленой в руках;
рифмует цезарь вдохновенье
осколком сердца на ветрах.

На обреченье быть под сонмом
своих стучащих пальцев рук
приглаживает буквы скромно.
и глушит масть – в нем гибнет звук.