Мне 4 года.
Ровных линий по холсту или шум в ушах. Насморк или хорошее настроение. Ровно или шум в ушах. А ты видишь то, что ещё никто не видел. Ничего.
- Здравствуйте Дамы и Господа! Улыбнитесь сами себе. Сегодня утро порадует Вас красками и краски порадуют Вас пьянящим запахом. Вы откроете окно, а за ним ничего! Вы искали это? Ждали? А хотите завтра увидеть солнце? Оно будет! Будет… А пока за этим окном ничего.
Нытьё продолжалось долго. Закончившись, его обернули в белую простынь. Положили лицом на Мекку и забросали словами. Обидно и хотелось плакать. Но был рабочий день и плакать было нельзя. Когда день закончился, он выкурил пачку сигарет и выпил немного пива. Просто потому, что все так делали. Должно было расслабить, но от этого становилось ещё больше «ничего». Но с каждым днем к этому все больше привыкал.
Смотришь на чужие жизни. Они как бы изредка касались тебя. Ты немного вздрагивал от этих прикосновений. Кап. Кап. Кап.
Но была середина рабочего дня и плакать нельзя было.
Как будто самый несчастный. Ты кричишь «за что?»! Крик, крик… Жалуешься! Тебя обижали… можно не обижаться. Но все же! Все мы испытывали, но только кап, кап, кап…
День шёл. Когда он закончился, ты ещё раз ударил себя по щеке. Хватит! Будь чем-то! Проснулся после розовых очков. Одел красные. Кап. Кап. Кап. Покричал немного и прошло… На день хватит.
А жизнь шла дальше. Вспомнил случай из детства. Меня не любят, потому что я плохой. Потом стало проще просто не быть любимым. А теперь все это мимо. А ты знаешь: ты так хочешь. А ты знаешь. Но это знание не спасает.
Сидишь в кафе. Говорит о своих проблемах, ты о своих. Так разговор не будет клеиться. Клей уже в венах и ты немного расслабился. А когда пришло утро? Когда, никто не знал. Ты накопил денег. Поехал куда хотел. Но от этого то же не стало легче.
Когда стало легче тебя обернули в белую простынь и положили лицом в сторону Мекки. Какая разница.
Я шел по улице. Есть десять тенге. Нет. Ну дай, пасха ведь! Выгреб всю мелочь из кошелька. Держи. Иисус воскрес. Воистину воскрес. Жаль только я не верующий. Ничего, будешь верить!
Утро отразилось в глазах. Жизнь шла. Ты пил её не спеша. Чаще стук сердца подбирался к горлу. Было страшно. Тук. Тук. Тук. Кап. Кап. Кап. Жизнь стекала с меня… Приступы были все чаще и глубже. Приятно грела мысль, что не доживу до старости. Это хорошо. Потому что, потом захочется жить… а уже не сможется. Это хорошо.
Слова и дела. Ты ничего не стоил. День улыбался. Ты ничего не хотел. Только в сторону Мекки и улыбаться. Жаль что я не верующий. И как мне ответила нищая: будешь верить. Только жаль, что она не права. И эта мысль, то же приятно грела.
Проснулся и принял душ. Плохо и тяжело. Грустно. Смотрю на них. Все так как надо. Это хорошо. И уже не злюсь. Смотрю на них. И ярость. Смотрю на них и не злюсь. Так все мимо и мимо…
Одел перчатки. Город. Фонари. Прохладно и немного весна… все будет хорошо. Вы только верьте. А я тут посижу. Мне так лучше. Мне так хочется.
Обернули в простыню. Кто-то держит мою руку. Везут куда-то. Слезы. Опустили. Холодная земля. Сняли простынь. Теперь я голый лежу на земле и смотрю на глиняную стену. За ней. Далеко Мекка. Святая для кого-то. А я смотрю только потому, что не выбрал свою смерть. А могло бы быть все иначе. Там где-то Мекка. А здесь глиняная стена.
ПС: Угловым штампом, за которым я стал кочерыжкой. Теперь уже только вечно говорить, об одном и том же. Теперь где-то она и тебе хочется к ней. Но кто она, никто не знает… А завтра взойдёт солнце. Взойдёт с той стороны, где находиться Мекка…
















